Поделиться

Принять нельзя отказаться

Матвей и Тимофей

В нашей семье уже было двое детей (старшему сыну пятнадцать лет, а среднему — девять), когда мы с мужем поняли, что хотим ещё одного малыша. Мне было тогда тридцать шесть, мужу — тридцать девять. Знакомые отговаривали: «Скоро внуков нянчить, а всё туда же! На старость лет надумали!» Но мы только счастливо улыбались всем в ответ.
Вскоре мы узнали, что деток будет двое — близнецы! Наша радость была бесконечна, старшие сыновья с нетерпением ждали братьев, а папа — сыновей. УЗИ, анализы, обследования — всё говорило о том, что беременность протекает спокойно, без осложнений. Вот и настал день, когда мои мальчишки решили появиться на свет, к сожалению, намного раньше срока… Врач-неонатолог, принявший детей, обнадеживающе сказал: «8—9 по шкале Апгар! Не каждый доношенный рождается с такими показателями! Всё будет хорошо!» Деток перевели в отделение патологии новорождённых под пристальное наблюдение опытных докторов. И тут началось — порок сердца, ретинопатия, частичная атрофия зрительного нерва, подозрение на кишечную непроходимость… Всё в двойном размере… И под занавес — сообщение лечащего доктора: «Мы отправили кровь ваших детей в генетический центр на кариотип. Подозреваем синдром Дауна». Результат пришёл через три недели, после новогодних праздников. Всё это время я лежала с моими мальчиками в больнице и сама себя успокаивала — не может быть, ведь анализы и УЗИ в порядке. И вот, встретив меня в коридоре отделения, доктор будничным голосом сообщила, что её подозрения подтвердились — у обоих моих детей синдром Дауна. Сказать, что я была потрясена, ничего не сказать. Земля ушла из‑под ног, а мир рухнул!
Всё перевернулось, я стояла, оглушенная, посередине коридора, а люди вокруг меня почему‑то продолжали ходить, разговаривать, смеяться, как будто ничего не случилось…

Сейчас много пишут о том, что семьи в таких ситуациях не остаются наедине с собой, им помогают психологи. Может быть, так и есть, но я была одна, с этой новостью предстояло справиться самой, да ещё как‑то сообщить об этом мужу, детям, своим родителям. Я продолжала заботиться о моих сыночках, не понимая, как жить дальше. Ночью — слёзы в подушку, днём — шепот докторов и медсестёр за спиной.
Другие мамочки выписывались из больницы с детишками, а мы всё лежали. Домой мы попали через два месяца после рождения деток.
Не буду обманывать и говорить, что было легко и просто,
нет. Было трудно — и морально, и физически. Мальчишки росли неспокойными, спали мало, плакали много. Мы не понимали, почему всё случилось именно с нами, что делать, кто поможет, куда обращаться. Вопросов было много, ответов — ни одного. Читали всё, что могли найти о синдроме Дауна, пытаясь понять, с чего начать восстанавливать наш разрушенный мир. Время шло, постепенно слёзы высохли, страхи отступили, отчаяние сменилось радостью от успехов сыночков. Нашим младшим детям сегодня почти четыре года, мы получили места в детском саду, пусть пока это группа кратковременного пребывания, но мы рады. Глядя теперь на Матвея и Тимофея, я понимаю, что ничего ещё не закончено, нам ещё многому предстоит научиться вместе, всё только начинается, но я знаю, что всё будет хорошо. Наши «солнечные детки» так многому нас научили — терпению и терпимости, ценности каждого дня, умению видеть радость в простых вещах, мимо которых проходили раньше, даже не замечая! Старшие сыновья очень любят младших, заботятся о них, во всём помогают. Конечно, бывают моменты, когда чувствуешь себя разбитой и усталой, руки опускаются, но приходит утро, и оно приносит с собой новые умелки Матюшки и Тимошки, их смех, и радость снова наполняет дом. Хочется сказать всем: не бойтесь! Дорогу осилит идущий!

Автор проекта Ирина Акулова

Источник: http://sunny-kids24.ru/kniga-prinyat-nelzya-otkazatsya