Поделиться

«Пристегните его наручниками». Люди с аутизмом и российская полиция

22-летний аутист, инвалид детства, москвич Павел Васильев катался в своем дворе на велосипеде, когда к нему подошли сотрудники полиции, скрутили ему руки за спиной и увезли в отделение. По версии полицейских, Васильев громко кричал на улице, на что пожаловались двое человек, на замечание сотрудников он не реагировал и бросил в них велосипед. Мама Васильева утверждает, что никаких оснований для его задержания не было, ее сына оскорбляли и даже душили, по ее заявлению Следственный комитет сейчас проводит проверку. Родители детей с ментальными нарушениями, потрясенные этой историей, требуют изменить нормы обращения с такими людьми и разрешить доступ близких родственников в случае задержания.

Татьяна Иванова

, мама задержанного Павла Васильева, говорит, что ее сын до сих пор не оправился от случившегося, и она теперь боится отпускать его одного на улицу.

– Я всю жизнь учила Павлика, что к полицейским надо обращаться за помощью, что их надо слушаться, они всегда тебя защитят, а как вышло на деле? С ним поступили, как если бы мы жили не в Москве, а в диком африканском племени, где понятия не имеют о гуманности, человечности и законах, – переживает она.

По словам Татьяны, после того как Павла скрутили и отвезли в полицейский участок Метрогородок, его около трех часов держали в наручниках за решеткой.

– На мои просьбы и обьяснения, что невозможно его успокоить с помощью наручников, агрессии и оскорблений, не было никакой реакции, – рассказывает Татьяна Иванова. – В таком виде он дожидался приезда скорой психиатрической помощи, которую вызвали, потому что сын кричал и просил, чтобы сняли наручники. Когда приехала скорая, я обрадовалась, что наконец-то все выяснится, Павлика успокоят и отпустят. Но врач скорой помощи в хамской форме сказал мне, что раз он стоит на учете, то ему нечего делать среди нормальных людей. Дальше происходящее было похоже на дурной сон. Сына отволокли в соседнее помещение из которого я слышала его крики: «Зачем вы меня душите?!» Когда я попыталась к нему прорваться, сотрудник полиции вывел меня из отделения. Дальше скорая увезла его в 4-ю психиатрическую больницу, откуда его на следующий день отпустили: врач сказал, что Паша в нормальном состоянии и причин для его госпитализации нет. Сын мне потом рассказал, что его несколько раз душили, завязывали ему рот и голову футболкой, очевидно в качестве успокоительного…

Татьяна говорит, что если бы ее сразу пустили к сыну, то она смогла бы его успокоить и объяснить все сотрудникам полиции, не потребовалось бы и насильственной госпитализации в психиатрическую больницу, а у ее сына не было бы теперь сильнейшего стресса.

– Понимаете, Паша абсолютно самостоятельный, я всю жизнь его социализирую, потому что я же не буду жить вечно и ему надо самому приспособиться к этому миру. Он учится в строительном колледже, на занятия ездит сам, любит гулять на ВВЦ, часто ходит поиграть на «Буран», – рассказывает Татьяна. – Представить, что он мог кинуть в полицейских велосипедом, просто невозможно: аутисты не агрессивны по отношению к другим людям, агрессия у них бывает только по отношению к самим себе – они могут биться головой об пол или стену, могут громко кричать, если их обзывают, но они абсолютно безопасны для других людей. Но наше общество очень плохо принимает тех, у которых есть ментальные нарушения, я уже привыкла к тому, что на пустом месте нам запросто могут гадости в лицо наговорить. Мне на улице, когда я рядом с ним иду, неоднократно заявляли: да пристегните вы его дома наручниками к батарее! А на днях Паша нашел про себя видео. Там слышен смех полицейских за кадром: видимо, им было очень весело, когда я пыталась успокоить сына, а наручники впивались ему в руки. Веселуха! Браво! И в цирк ходить не надо, когда можно просто поиздеваться.

Совет по правам человека при президенте РФ (СПЧ) уже обратился к главе МВД Владимиру Колокольцеву с просьбой о проведении служебной проверки по факту задержания парня с аутизмом. «Данная ситуация требует не только ситуативного, но и системного решения, которое может быть выражено в организации для сотрудников полиции краткосрочных тренингов по работе с людьми, имеющими особенности в развитии», – говорится в обращении СПЧ.

Вячеслав Медведев тоже воспитывает ребенка с расстройством аутистического спектра:

– Ане пока шесть лет, и с нами такая история, как с Павлом, может случиться лет через 10, а то и позже, но очень не хочется, чтобы такое вообще повторялось, – говорит Вячеслав, составивший петицию с требованием изменить нормы обращения с людьми с ментальными нарушениями при задержании, которую активно подписывают родители детей-аутистов. – Аутисты все воспринимают буквально, и боюсь, что в аналогичной ситуации дочка просто не сможет за себя постоять. 99% людей с расстройством аутистического спектра (РАС. – РС) сразу впадают в стресс и не понимают, что происходит. И первым делом их надо успокоить.

Впервые аутизм был описан в 1943 году. По данным ВОЗ, сейчас такой диагноз у каждого 68-го ребенка в мире. По данным Министерства здравоохранения РФ, в России в 2016 году число детей-аутистов существенно выросло по сравнению с 2015 годом. Так, в 2015 году было зарегистрировано 17,7 тысячи случаев, а в 2016 году более 22 тысяч случаев. Специалисты, работающие с такими детьми, утверждают, что на самом деле детей с РАС в 10 раз больше, чем указано в официальной статистике, поскольку в разных регионах России детям с аутизмом ставят различные диагнозы, например, умственную отсталость, а педиатры не умеют выявлять аутистов на ранних стадиях. Об этом говорилось на заседании Совета при правительстве РФ по вопросам попечительства в социальной сфере в декабре 2017 года.

Современные научные данные указывают на очень ранние корни аутизма, которые проявляются еще на первых стадиях эмбрионального развития. До сих пор в мире не существует ни одного одобренного препарата, который бы воздействовал на основные симптомы аутизма.

– Очень многие родители, у которых дети с РАС, вообще боятся говорить о своей проблеме, поскольку любые ментальные нарушения у нас сильно стигматизированы, а многие российские психиатры до сих пор считают аутизм одним из проявлений шизофрении, хотя это не так, – объясняет Вячеслав Медведев. – У аутистов очень часто возникают проблемы с мотивацией и большинство педагогических методик направлены на то, чтобы адаптировать такого человека к обычной жизни, научить его выходить из разных ситуаций, предлагая подходящие каждому случаю алгоритмы действий.

Руководитель центра «Пространство общения» психолог Анастасия Рязановаговорит, что вокруг людей с РАС очень много мифов, которые не соответствуют действительности. Один из них, что родители сами виноваты в том, что у них родились такие дети, потому что как-то не так себя вели. Или – второй миф – что люди с ментальными нарушениями из-за своего нетипичного поведения гораздо опаснее обычных людей.

– На самом деле это огромная проблема, потому что предрассудков очень много, а «вылечить» их можно лишь просвещением и тем, чтобы контактов детей с РАС и здоровых детей и их родителей было больше и они научились понимать друг друга, – считает специалист. – Нам в любом случае нужно учиться взаимодействовать с такими людьми, если мы стремимся к более открытому и толерантному обществу, чтобы люди с ментальными особенностями не были заперты в своих квартирах или специнтернатах.

По мнению Рязановой, полицейские, надевшие наручники на Павла Васильева, превысили свои полномочия, поскольку просто не знали, как реагировать на его поведение.

– Крики на улице на самом деле могут быть связаны со стрессом, с которым аутисту одному трудно справиться, и лучшее, что можно сделать в такой ситуации, – это точно не связывать ему руки, а отойти в сторонку и и самому успокоиться, а уже потом без криков объяснить аутисту, где он находится, что с ним происходит и что уместно или, наоборот, неуместно в этой ситуации, – говорит Анастасия Рязанова. – И конечно, большая ошибка, что к парню не хотели пускать его мать, которая знает, как его успокоить. Большинство аутистов, скорее, себя укусят за руку, чем причинят вред другому, но есть очень небольшой процент больных с РАС, кто в состоянии стресса может проявлять агрессию по отношению к другим. Но, как правило, близкие таких больных об этом знают и не отпускают их без сопровождения.

Полицейские, отправившие 22-летнего аутиста в наручниках в отделение полиции и продержавшие его там несколько часов до приезда врачей, не только превысили свои полномочия, но и нарушили общие принципы, на которых построен совместный приказ МВД и Минздрава РФ N133/269 «О мерах по предупреждению общественно опасных действий лиц, страдающих психическими расстройствами» и практику Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ).

– Согласно этому приказу от 1997 года и инструкции к нему, до приезда врачей полицейские не имели права действовать, – объясняет Асмик Новикова, руководитель исследовательских программ фонда «Общественный вердикт». – Позиция ЕСПЧ, кстати, точно такая же – либо есть специально обученные полицейские, либо нельзя ничего предпринимать, пока не приехали врачи. Подробно такую ситуацию Евросуд проанализировал по делу Кирилла Щиборща против России, написав в своем решении общие правила, которые должны быть обязательными для выполнения.

Кирилл Щиборщ был известным экономистом, автором книг для финансовых менеджеров и студентов экономических вузов. В 2001 году, когда Щиборщу был 31 год, у него появились симптомы серьезного психического расстройства – параноидной шизофрении с бредовым симптомом. Состояние его ухудшалось, поскольку Щиборщ отказывался лечиться. Часто он разговаривал сам с собой и вымышленными людьми, а в бредовом состоянии был подозрительным и агрессивным по отношению к собственным родителям, считая, что они хотят от него избавиться, отправив в психбольницу. В июле 2006 года Щиборщу пришло очередное направление на лечение в стационаре, куда он не хотел ложиться, и его отец сам вызвал полицию, чтобы помогли его госпитализировать. Не дождавшись врачей, сотрудники правоохранительных органов пошли на штурм квартиры, в которой находился Щиборщ. В результате больной получил несколько черепно-мозговых травм, колото-резаное ранение шеи, многочисленные переломы ребер и другие ранения. Он впал в кому, а потом умер в больнице. «Единственным адекватным выходом было бы прекратить любые усилия по его задержанию до прибытия психиатрической помощи», – говорится в решении ЕСПЧ, по которому родным погибшего было выплачено из российской казны 49 тысяч евро.

Татьяна Иванова, мама задержанного аутиста Павла Васильева, говорит, что направила десятки обращений в различные инстанции, требуя тщательного и объективного расследования случившегося с ее сыном.

– Благодаря огласке нашей истории, я узнала, что пару лет назад в нашем отделении по району Метрогородок уже был похожий вопиющий случай, когда парня с синдромом Дауна держали сутки в камере, а полицейские кидались в него шкурками из-под бананов. Дело замяли. То есть понятно, что скотское отношение к людям с особенностями в этом участке скорее норма, а не исключение, – полагает Татьяна. – А Паша… Паша просто не понимает, за что его скрутили и задержали, почему над ним издевались и до сих пор за это не извинились. Я теперь боюсь его куда-то одного отпускать, опасаясь у него нервного срыва. И очень не хочется, чтобы дело против полицейских как-то спустили на тормозах.

Опасения Татьяны Ивановой не беспочвенны. Например, уголовное дело о гибели Кирилла Щиборща от действий сотрудников правоохранительных органов приостанавливалось 26 раз и 11 раз прекращалось. По данным департамента судебной статистики Верховного суда РФ, если в 2010 году за применение насилия и превышение должностных полномочий были осуждены 1817 силовиков, то в 2017 году таких было лишь 798.

Источник: https://www.svoboda.org/a/29270287.html