Поделиться
img

У девочки Веры теперь есть… семья

В детском доме о Верочке неблестяще отзывались. Она неудобный ребенок для системы. Очень живая, очень энергичная. Демонстративно упрямая. Если что-то не нравится, она складывает руки на груди, топает, грозит кулаками. Говорили, что она агрессивная, а не апатичная и спокойная, что более характерно для синдрома. Но я не верила. Я верю, что в детях и вообще в людях заложено хорошее, нужно уметь это вытаскивать.

Никакой особой методики у меня не было. С Верой просто надо было нормально обращаться. Надо было объяснять, чего от нее хотят. Для нее было болезненно служить объектом чьего-то воздействия. Она — загадка, откуда это взялось, — уверена в своей ценности, прекрасно знает, что очень хороша, и готова это отстаивать. В доме ребенка Верочка была любимицей, а в детском доме не была, и изо всех сил отстаивала право быть хорошей, принимать свои решения. Как только ей предоставили это право в каких-то вещах: выбирать, подумать, не бежать сразу, а подождать пять минут — она, как правило, стала соглашаться.

Когда я ее забирала из детского дома, меня предупреждали, что она не говорит и никогда не заговорит. На самом деле, речь у отказников, как правило, не развита, потому что с ними вообще мало разговаривают. У Верочки была потребность и способность общаться вербально. Мы имеем возможность оплачивать занятия хорошего логопеда. Сейчас речь намного богаче, хотя по-прежнему хорошо ее понимают лишь те, кто с ней много общается. Но она может донести всё, что ей нужно.
Полную версию статьи читайте по ссылке:http://aquaviva.ru/journal/?jid=99484